09:38 

Заслуженный отдых

КОМКОН
Контакт есть!
Заслуженный отдых

Вселенная: Мир Полудня Стругацких
Персонажи: Горбовский, Валькенштейн
Дисклеймер: по мотивам реальных событий, практически:)

Главный врач ЦУП был как всегда непреклонен.
- Сколько парсек налетали за последние два года? Сколько Д-переходов сделали? - сурово допрашивал он, и стоило попытаться прикинуться валенком и назвать приблизительную цифру, как он угрожающе хватался за трубку и обещал немедленно позвонить кому надо и досконально выяснить программу последнего полета, а ведь товарищ Валькенштейн не хочет, чтобы его уличили во лжи? Товарищ Валькенштейн прямо как маленький ребенок, который врет, что у него не болит горло, чтобы получить мороженое, рискуя свалиться потом с ангиной. Товарищу Валькенштейну приходилось соглашаться, что да, врать нехорошо, и выдавать настоящие цифры по экспедиции. К ним прилагались еще и скрупулезные рапорты Перси Диксона, который, казалось, с особым садистским удовольствием записывал все отклонения от нормы в показателях давления или анализах вверенных ему д-звездолетчиков. Вид его при этом выражал одну-единственную фразу: «Доигрались!». Валькенштейн и Горбовский напускали на себя скорбный вид и признавали, что, мол, да, если бы они только слушались всех инструкций мудрого доктора Диксона, то такого никогда бы не было. Впрочем, искренности в этих печальных лицах особенно не читалось, да и неоткуда ей было там взяться. Противостояние врачей и д-звездолетчиков было почти также старо и заложено в них чуть ли не генетически, как противостояние собак и кошек. Врачи стремились загнать д-звездолетчиков на дерево (санаторий или реабилитационный центр) как можно на дольше, а д-звездолетчики, даже если врачам это и удавалось, шипели оттуда проклятия, просили снять их и отправить обратно в космос.
- Вам нужен свежий воздух, - говорил главврач.
- Я буду гулять, - соглашался Марк.
- Вам нужны укрепляющие процедуры.
- Я буду делать зарядку, - настаивал Марк.
- Вам нужно общение с другими людьми.
- У меня есть подруга.
- Вам нужно сбалансированное питание, витамины и…
При словах «сбалансированное питание» Марк кривился и вовсе отказывался продолжать беседу. Однако приговор как всегда был един.
- Поедете в Прибалтику, - сообщал ему врач голосом, которым говорят с душевнобольными, склонными к истерическим припадкам, - прекрасный воздух, умеренный климат, отличная санаторная база…
- Я был там раз сто, что вы мне рассказываете… - вздохнул Марк. Его каждый раз удивляло, как так получалось, что в полете порой буквально до дрожи хотелось увидеть голубое небо, вдохнуть нормального земного воздуха, погулять по городу или по лесу, искупаться в озере… но стоило вернуться на землю и окунуться в эти нехитрые радости, как через неделю-другую начинало тянуть обратно, и все чаще Марк засиживался до ночи, чтобы посмотреть на звездное небо… и почувствовать себя дома. Потому что именно звездное небо Земли давало то щемящее сердце ощущение дома, которого не давали ни трава, ни цветы, ни голубое небо. Ведь это было первое, что говорило звездолетчикам - они на месте: когда они видели, что звезды приобрели знакомые еще с детских атласов очертания созвездий с дурацкими старинными названиями.
Споры с врачами в конечном итоге оказывались делом бесполезным. Врачи в своем трудовом энтузиазме наступали на горло трудовому энтузиазму рвущихся к новым целям звездолетчиков, и приходилось идти им на уступки.
- Может лучше на Пандору, на пляж? - попытался закинуть удочку Марк.
- Вот сначала в санаторий, а потом можно и на Пандору, - решительно заявил врач и погрузился в составление курортной карты.
Уже на следующее утро Марк вышел из Нуль-Т кабины и вдохнул полную грудь пахнущего хвоей прибалтийского воздуха. Он с грустью окинул взглядом открывшуюся перед ним картину - аккуратные, обрамленные клумбами и пушистыми елями дорожки среди корпусов санатория и размеренно разгуливающие по ним отдыхающие. В такой вот умиротворяющей размеренности ему предстояло провести минимум месяц - и это уже заранее вызывало у него раздражение вместо положенного умиротворения.
Не успел он сделать пару шагов по дорожке, ведущей от Нуль-Т кабины, как к нему подскочил молодой человек в белой форменной одежде:
- Марк Ефремович Валькенштейн? - спросил он и, дождавшись кивка, продолжил с профессионально вкрадчивой любезностью, - добро пожаловать в наш санаторий. Пойдемте, я провожу вас в вашу комнату и покажу, как пройти к врачу. Вы уже записаны на прием, там вам назначат необходимые процедуры и…
Марк вздохнул и с теплом подумал о том, что взял с собой необходимые материалы для расчетов нового курса, которые, возможно, не позволят ему совсем сойти здесь с ума.

- Здрасьте, - сказал Марк, шагнув в кабинет врача, и автоматически приосанился. «Доктор Паулс» оказалась юной брюнеткой с большими карими глазами и почти детскими ямочками на щеках, - новенькая что ли? - брякнул Марк невольно.
Доктор Паулс немедленно смутилась и очаровательно покраснела:
- Здравствуйте. Первый сезон здесь, а откуда вы…?
- Так я-то здесь уже сезон двадцатый… - вздохнул он и представился, - Валькенштейн, Марк. Д-звездолетчик, - и с удовольствием убедился, что волшебство его профессии еще окончательно не испарилось. Доктор Паулс уставилась на него во все глаза, потом, поняв это, спохватилась и, напустив на себя строгий вид, потребовала санаторную карту.
- На что жалуетесь? - спросила она, уставившись в карту и избегая встречи с ним глазами.
- Я вообще-то жаловаться особенно не привык. Но в принципе вот могу на нашего бортврача пожаловаться - совсем жизни от него нет, тиранит нас с капитаном. Еще вот на бардак, который капитан вечно разводит в рубке могу пожаловаться… ну и общее неустройство в мире, конечно, тоже меня беспокоит…
Доктор Паулс надула губы:
- Ну что вы паясничаете, товарищ Валькенштейн?
- Можно просто Марк. Понимаете, девушка… то есть, доктор, я абсолютно здоров. А меня, абсолютно здорового человека, ваши коллеги каждый раз как на Землю возвращаюсь - так цап - и в санаторий. Вот на это я в основном и могу пожаловаться.
- У вас профессия вредная, вам нужно, - строго сказала врач.
- У меня профессия полезная.
Доктор Паулс бросила на него суровый взгляд, и Марк примирительно поднял руки вверх.
- Вот тут в вашей карте указано - скачки давления, приступы тошноты…
- А вы были когда-нибудь в Д-переходе? Это нормальная реакция организма вообще-то.
- … авитаминоз…
- Еще бы, вы бы видели, чем нас кормят…
- … повышенная раздражительность…
Марк расссмеялся:
- Это не диагноз, это характер у меня такой.
- Товарищ Валькенштейн! - воскликнула девушка почти с отчаянием, - вы прекрасно знаете, что вам после полетов необходимы отдых и реабилитация. Вот, я расписала для вас процедуры, которые вы будете принимать, подойдете к дежурной сестре, она назначит вам время. Процедуры все не только полезные, но и приятные, так что уверена, что вам будет здесь хорошо.
- Спасибо, доктор, - Марк вздохнул и поднялся, - когда мне к вам зайти?
- Контрольный прием - через неделю. Ну, или по необходимости, время работы написано у вас в плане процедур.
- Непременно зайду… по необходимости. До свиданья, доктор.
Валькенштейн поспешно покинул кабинет, оставив за собой рдеющую как маков цвет доктора Паулс. Закрыв за собой дверь он кинул взгляд на табличку рядом с ней. «Врач-физиотерапевт Дайва Паулс» значилось на ней.
«Дайва, - повторил он про себя имя и пожурил себя, - что ж ты, Марк, не успел приехать, а девушку напугал. Будет она вечером подругам рассказывать, какие д-звездолетчики ужасные грубияны. Придется в следующий раз исправляться».
И с этими благими намерениями он направился к дежурной сестре.

Вокруг Марка бурлила… нет, не бурлила, а медленно и размеренно текла санаторная жизнь. Люди вокруг были неспешными, довольными жизнью. Они деловито изучали свои процедурные графики, перемещались с процедуры на процедуру, а в перерывах обсуждали санаторную жизнь и новости внешнего мира - мира за пределами здравницы. Доступ к внешним новостям был максимально ограничен - в терапевтических целях. По обрывкам разговоров отдыхающих, да и по своему предыдущему опыту, Марк знал: здесь собраны представители всех профессий, как земных, так и внеземных, однако по негласному этикету о профессиональной жизни здесь говорили мало - говорили о целебных свойствах местной минеральной воды, о меню в столовой, о температуре воды в озере, о том, кто сколько собрал в лесу грибов и черники, о вечернем концерте и о местных спортивных состязаниях. В этой атмосфере полного ухода от реальности Марк всегда чувствовал себя неуютно. Это Горбовский умел сутками лежать на травке на берегу реки и размышлять о тайнах мироздания. Марку же было необходимо что-то делать, даже если делать - означало сидеть в рубке звездолета и следить за приборами. Он знал, что там он - в прямом и переносном смысле - двигался вперед. А здесь было болото, стагнация. Самое ужасное - он знал по собственному опыту, что это болото через несколько дней затянет и его.
Из разговоров людей, окружавших его, он ловил фрагменты того, что он пропустил, пока был в последней экспедиции. Обсуждали последние решения Мирового Совета, какие-то прогрессорские неудачи на планете, чье название было Марку знакомо лишь смутно, восхищались новой кинокартиной. Коллег по профессии видно не было, Валькенштейна окружали в основном «земляне» и от этого он чувствовал себя несколько неуютно. Соседи по столу беспечно щебетали о чем-то, пока Марк мрачно ковырял вилкой сбалансированные диетические котлеты и размышлял о бренности бытия. С отвращением обнаружив в распорядке дня «тихий час» с трех до четырех, Марк решил пренебречь распорядком. В первый день своего пребывания в санатории он потратил время тихого часа на разбор документов с последней экспедиции. Во второй - на составления запроса в Информаторий (еще предстояло выпросить разрешение у местных работников на его использование). В третий он от безысходности отправился гулять по лесу.
В лесу было тихо, лишь слышалось мерное жужжание шмелей, вившихся над цветами. Под ногами то тут, то там виднелись ягоды черники, земляники, малины, начинала набирать цвет брусника, из-под мха выглядывали грибы. Марк изредка нагибался, чтобы сорвать ягоду-другую, и брел дальше - без определенной цели. И вдруг, поднявшись на пригорок и собираясь сделать следующий шаг, он еле успел остановиться, чтобы не наступить на лежащего на земле человека.
- Леонид Андреевич?! - изумился он, - и вы тоже здесь?
Горбовский с довольным видом растянувшийся в мягком мхе, открыл глаза.
- А, Марк, вот и вы! Мне сказали, что вы здесь.
- Но вы-то что здесь делаете?
- Я вот тут чернику собирал и шмелей слушал… но задремал немножко, - Горбовский обезоруживающе улыбнулся.
- Да нет, я про санаторий. Они же нас никогда вместе не распределяют…
- А, это да, - Горбовский повернулся на бок, чтобы было удобней разговаривать, - понимаете, Марк, меня в этот раз что-то стукнуло - и я попросился куда-нибудь в теплые края. Ну, знаете, пальмы чтобы, попугаи всякие, море, песочек… Вот меня и отправили - все как хотел. Ну я там несколько дней провел, а потом понял - все, не могу, хочу в нашу родную среднюю полосу… чтобы лес вот, речки, озерца… Ну я очень попросил и меня сюда перераспределили.
- А как же попугаи? - ехидно поинтересовался Марк.
- Кричат очень, - поморщился Горбовский, - и дразнятся…
- А я вас предупреждал - помните, еще когда вы с собой в экспедицию думали взять.
- Вы меня всегда очень хорошо предупреждаете, - серьезно согласился Леонид Андреевич.
- Ладно, - усмехнулся Марк, - я рад, что вы здесь. Хотя вроде как мы должны отдыхать от общества друг друга…
- И не думать о работе! - Горбовский назидательно поднял палец.
- А чего о работе думать? Работу надо делать. Да что уж теперь… - махнул рукой Марк, - вы сегодня приехали?
- Сегодня. Был у врача, она мне столько всего понавыписывала, я никак разобраться не могу - вся эта карточка исписана, там время какое-то, кабинеты… Вроде бы не первый раз здесь, а все забыл.
- Я вам покажу, что где. Я третий день, но уже с ума сошел от этих ванн, грязей и кислородных коктейлей…
- О! Хочу коктейль, он так булькает! - обрадовался Горбовский.
- Еще набулькаетесь. Вы у какого врача?
- Такая… молодая… она мне еще про вас рассказала.
- Про меня? - Марк немного смутился.
- Ну да, говорит, мол, оба д-звездолетчики, а какие разные.
- Ну, все, - засмеялся Марк, - с таким конкурентом как вы у меня теперь никаких шансов.
- Марк! - строго произнес Горбовский, - а как же Лина? Она же вас ждала год!
- Опять вы все напутали, Леонид Андреевич. Лина была перед предыдущей экспедицией, а Наташа сказала, что не готова быть женой капитана дальнего плавания.
- Так и сказала?
- Так и сказала. Она структуральный лингвист, изучает архаизмы... В общем, суть ее заявления я понял. Так что я свободный человек… Пойду завтра на прием, пожалуюсь, что грязевые ванны вызывают у меня чувство недоумения. Согласитесь - в этом есть что-то ненормальное - говорить спасибо за то, что тебя вываляли в грязи.
- Ну Марк, это же целебные грязи – те, кто вас валяет, хотят нам как лучше.
- Вы хоть раз почувствовали эффект от этих самых грязей? А от ванн? Вот то-то же.
- Ну, зато полежать…
- Полежать можно и в экспедиции.
- Марк, я понял, почему нас отправляют в разные санатории. Чтобы вы меня опять не угнетали.
- Простите, Леонид Андреевич, не сдержался. Я вам вот что предлагаю - не будем тратить время на ерунду. То есть процедуры - ладно, пусть дают, будем принимать. А в свободное время у нас есть, чем заняться, у меня и кое-какие расчеты с собой. Из наших последних планов.
- Это, Марк, вы молодец, - Горбовский махнул рукой, отгоняя от лица шмеля, - этим мы непременно займемся. А то и правда закоснеем тут.
- И мхом порастем. Вон, вы уже начали, - Валькенштейн кивнул на частички мха, зацепившиеся за одежду Горбовского.
Горбовский со смущенным видом отряхнулся.
- Вы как всегда правы, Марк, это я тут расслабился. Надо брать себя в руки.
- Вот это верно. С завтрашнего дня и начнем.

Но с завтрашнего дня они ничего не начали. Ну разве что Валькенштейн начал свою осаду доктора Паулс, явившись на прием с жалобой на то, что от ваших грязей и ванн никакой жизни нет, хочется только спать и все. Врач вежливо выслушала, сказала, что спать полезно и это в целом нормальная реакция организма на процедуры. Однако если товарища Валькнштейна это будет продолжать сильно беспокоить, то он может заходить еще. Марк, избрав тактику медленной осады, пообещал «приходить еще» и ушел принимать треклятые ванны. После обеда, с трудом поборов желание вздремнуть немного и отчитав себя за подобные поползновения, Марк отправился на запланированную встречу с Горбовским. На скамейке, о которой они договорились, никого не было. Прождав полчаса, он отправился к Леониду Андреевичу в номер и в ответ на настойчивый стук в дверь, Горбовский открыл ему с совершенно заспанным лицом и виновато сообщил, что малость прикорнул. Они попытались найти время на следующее утро и, долго сверяя свои расписания процедур, выяснили, что втиснуться между ними им не удастся. На следующий день после насыщенного процедурами дообеденного времени и обеда, не выдержал уже организм Марка и его свалил богатырский сон, такой, что он проспал и тихий час и даже запланированный им визит к доктору Паулс.
- Вредительство какое-то, - сердито говорил он Горбовскому за ужином, - хотят, чтобы мы стали совсем профнепригодными? Разве можно после такого нормально включиться в работу?
- Ну Марк, - лениво говорил Леонид Андреевич, - мы же всегда как-то включаемся…
- И я каждый раз этому удивляюсь… - он выпрямился на стуле и послал сдержанно-вежливую улыбку вошедшей в обеденный зал Дайве Паулс. Та улыбнулась в ответ.

… а главное, знаете о чем я думаю? - протянул Марк, ковыряя носком кроссовка мох - Горбовский утащил его в лес собирать лисички, - мы с вами два крепких здоровых звездолетчика, и то вон что с нами их санаторий делает… Я тут сплю по двенадцать часов в сутки - в жизни со мной такого не бывает.
- Да, Марк, вы знаете, я давно это понял - чтобы лечиться в санатории, надо действительно быть очень здоровым человеком!
- Ну, Леонид Андреевич, мы с вами привыкли к перегрузкам… выдержим и это испытание.
И звездолетчики побрели по лесу, ведя содержательную дискуссию о том, какой массаж приятней – сухой или подводный, и под какими деревьями больше шансов обнаружить белый гриб.

@темы: юмор, фанфик, Мир Полудня

URL
Комментарии
2011-08-10 в 23:05 

Not Ginger
When did that ever stop us?
Очень светло и тепло получилось :)

2011-08-11 в 01:40 

КОМКОН
Контакт есть!
Not Ginger Спасибо:) Когда есть Горбовский, иначе и не получается:)

URL
2011-08-12 в 12:01 

Алика Сплюшка [DELETED user]
Мужской трудоголизм неизлечим )))))

2011-08-12 в 12:21 

КОМКОН
Контакт есть!
Алика Сплюшка Да уж:) Из серии, как звездолетчика не корми, а он все в небо глядит:)

URL
2011-08-12 в 19:12 

Алика Сплюшка [DELETED user]
И добавки просит ))))

2011-08-12 в 19:58 

КОМКОН
Контакт есть!
Алика Сплюшка И желательно какой-нибудь вредной и несбалансированной еды!:)

URL
     

Комиссия по контакту

главная